«ЭНЦИКЛОПЕДИЯ РОССИЙСКОЙ ЖИЗНИ»
«ЭНЦИКЛОПЕДИЯ РОССИЙСКОЙ ЖИЗНИ»
Энциклопедия российской жизни постсоветских десятилетий глазами риэлтора-философа
«Москвичи хорошие люди, но их портит квартирный вопрос…» – этот бессмертный афоризм Михаила Булгакова, казалось бы, можно было бы поставить эпиграфом к роману Леонида Подольского «Инвестком». Но лишь на первый, поверхностный взгляд. Известный московский писатель поставил перед собой гораздо более сложную задачу – запечатлеть и осмыслить постсоветское время со всеми его проблемами, как в зеркале отразившееся в кипящем море передела московской недвижимости при активном участии многочисленной армии риэлторов различного уровня образованности, умения и порядочности.
Одним из первых к этой теме двадцать лет назад обратился лауреат Госпремии РФ прозаик Андрей Волос в романе «Недвижимость», впервые сделавший главным героем повествования риэлтора, агента по продаже квартир, человека, сумевшего по-своему адаптироваться к новым условиям постсоветского существования жителей столицы огромного государства.
Главный герой романа Подольского, как и герой Андрея Волоса, тоже риэлтор. Он также склонен к рефлексии и умеет подняться над обстоятельствами, в большинстве случаев даже предвидеть опасную или конфликтную ситуацию. И это легко объяснимо: Игорь Полтавский – не просто агент по продаже квартир. Совсем недавно Полтавский имел собственную риэлторскую фирму, до этого – пробовал себя в политической деятельности, а начинал в советское время как авторитетный врач (и даже имеет научную степень кандидата медицинских наук). Кое-какими чертами своей незаурядной личности главный герой романа напоминает автора. Это придаёт отдельным эпизодам особую остроту: в монологах героя ощутима щемящая искренность, досадные поражения и печальные откровения героя, судя по всему, оплачены трудным реальным опытом автора. Поэтому у самого взыскательного читателя возникает особое доверие к повествователю, признающемуся: «…Игорь… подумал про себя, что «Инвестком» с Козлецким, с генералом Демянкиным и с авторитетным стариком, с демагогами Разбойскими, с грязным бизнесом – это, в сущности, Россия в миниатюре, микромодель, и что главная проблема – не капитализм или социализм, а люди. Это люди создали уродливую систему, а система уродует людей. Вечный замкнутый круг».
Особенности работы риэлтора, вынужденного погружаться в семейные, а порой и интимные проблемы клиентов, стремительная смена многочисленных действующих лиц – за каждой новой квартирой стоят новые драмы и свои тайные трагедии – позволяют прозаику выстраивать непредсказуемые динамичные сюжетные повороты, демонстрировать богатейшее разнообразие современных столичных психологических типажей. Читателю открывается болезненно-лихорадочный ритм постсоветской жизни, нередко оборачивающейся бессмысленной суетой.
Но если Андрей Волос, как пишут о романе «Недвижимость», «искал золотую середину между остросюжетной беллетристикой и серьёзной «исповедальной» литературой», то Леонид Подольский постоянно, в каждой главе монументального произведения пытался ответить на традиционные для русской классики философские вопросы: «Кто виноват?» и «Что делать?». Поэтому в тексте часто встречаются имена крупных политических лидеров и руководителей государства. Деятельности каждого из них на фоне Большого исторического времени повествователь даёт свою, нередко нелицеприятную оценку: «Игорь слишком хорошо понимал – теперь он знал людей, – что оппозиция – это не только принципы, но и зависть, и амбиции, и очень выгодный бизнес. И что роли в этом бизнесе в основном распределены. Общество несовершенно, человек бессилен что-либо изменить, и он лишь играет роль в массовке…».
Позиция и оценка политического лидера, политического движения или межнационального конфликта порой убедительно обосновываются в прямых авторских комментариях, даваемых в сносках почти к каждому из исторических персонажей и реальных событий, упомянутых в романе. Автор избегает голословных и эмоциональных обличений, неизменно опираясь на имеющиеся у него конкретные факты. И в большинстве случаем мы вынуждены с ним полностью согласиться.
Женщины стали второстепенными героями этого произведения. Может быть, потому что историческая реальность и сегодня не позволяет им прорваться в реальные политические лидеры. Кроме того, очень уж нелицеприятно выглядит современный российский мужчина «на рандеву», на свидании, не выдерживая испытание серьёзным чувством. Раздвоенность и нерешительность главного героя, Игоря Полтавского, потерявшего главную любовь своей жизни (возлюбленная, не дождавшись решения семейных проблем, уехала в эмиграцию в Германию) и толком не сохранившего семью, – самое распространённое положение, в котором находится сегодня, судя по судьбам большей части эпизодических персонажей монументального романа, явно писавшегося с натуры, огромная часть современных российских мужчин.
Среди героев писателя немало беженцев из бывших республик СССР. Как справедливо отметил в статье «Россия в миниатюре» Максим Замшев, «Тема социальной неустроенности в романе Подольского очень тесно переплетается с темой геополитической катастрофы, которая всё ещё кровит».
Монтаж временных пластов в романе почти произволен. Но каждый из эпизодов советской или постсоветской реальности помогает нам глубже понять как самого героя, так и окружающих его людей, эмоционально подпитывая наши читательские впечатления от происходящих на наших глазах многочисленных бытовых драм и семейных разборок.
Судебные действия (роман завершается выпиской из очередного судебного решения) и отсылы к ним («в дальнейшем этой газете и благодарственному письму предстояло превратиться в вещественные доказательства») заставляют погрузиться в малоприятную область судебных заседаний, касающихся московской недвижимости. Для автора важно показать, сколь мало изменилась российская судебная система с гоголевских времён. По-прежнему судьи в нашем государстве всемогущи, циничны и глубоко равнодушны к людским бедам, а легендарное российское судебное мздоимство по-прежнему не удаётся изжить и новым постсоветским властям.…Прочитав роман «Инвестком», понимаешь: автор значительно отличается от своего героя, бывшего врача, пытающегося всё понять и всё объяснить, тем, что ему по-настоящему близка позиция А.И. Герцена, утверждавшего от имени писателей: «Мы не врачи, мы – боль».
Уродливость, жестокость и безвыходность трагических постсоветских десятилетий Леониду Подольскому удалось раскрыть на конкретных судьбах главного героя и многочисленных эпизодических персонажей ярко и выразительно. Сочувствие к обманутым и погибшим в результате стремительного рывка России к дикому и, как оказалось, людоедскому капитализму из сонной социалистической реальности эпохи застоя, надолго поселяется в душе любого неравнодушного читателя.Материал подготовлен в рамках проекта "#Академия: премия литературных критиков и менторская программа поддержки молодых писателей" при поддержке Фонда президентских грантов.
.png)
